Археология Рун в России — Ребро с частью футарка

haraadai

31 мар. 2026 — 7 min read

Ребро с частью футарка (Великий Новгород, 2022)

Серия «Археология рун в России» | Орден OCCCLAV

Из пяти рунических находок новгородского сезона 2022 года эта — одна из самых показательных. Не потому что она красива или легко читается. А потому что перед нами не имя, не торговая бирка, не послание. Перед нами — сам алфавит. Кто-то взял обычное коровье ребро, повернул его вогнутой стороной вверх и начал резать последовательность рун. Не одну, не две — целых два этта, две группы скандинавского рунического алфавита.

Для нашего каталога рунических памятников на территории России это принципиально. Одно дело — найти имя или метку. Это говорит о присутствии скандинавов. Совсем другое — найти воспроизведение алфавитного ряда. Это говорит уже не о присутствии, а о навыке. О практике. О работе с самой знаковой системой.

Паспорт находки

Название: Ребро с частью футарка
Тип предмета: ребро крупного рогатого скота
Место находки: Великий Новгород, Немецкий двор (Иоанновский раскоп, квартал 38)
Год обнаружения: 2022
Археологическая датировка: 1160–1170-е годы (дендродатировка)
Материал: кость
Содержание надписи: две группы (этта) скандинавского рунического алфавита
Исследователи: П.Г. Гайдуков (ИА РАН), Е.А. Мельникова (ИВИ РАН)
Публикация: Graphosphaera. 2023. Т. 3. № 1. С. 142–163
Статус достоверности: A — подтверждённая руническая находка

Где и как нашли

Ребро извлекли из слоёв 1160–1170-х годов на Иоанновском раскопе. Это тот самый участок квартала 38 на Торговой стороне Новгорода, где в 2021–2022 годах была наконец археологически подтверждена территория Немецкого двора. Его искали десятилетиями — знали приблизительный район между средневековыми улицами Большая Пробойная и Ильина, восточнее Ярославова Дворища, но точные границы и даже место въезда обнаружили только в ходе этих раскопок[¹].

Контекст здесь существенный. Ребро происходит не из переотложенного грунта и не из случайной ямы. Оно лежало в слое, надёжно привязанном к самому раннему периоду застройки Немецкого двора — торговой фактории, где ганзейские (а судя по руническому материалу — и готландские) купцы жили помесячно, хранили товар и торговали[²]. Датировку обеспечили более 150 дендрохронологических спилов с деревянных конструкций раскопа — точность здесь высокая[³].

Всего в том же слое нашли пять предметов с руническими надписями. Для Новгорода это событие исключительное: за всю 90-летнюю историю археологического изучения города рунические надписи обнаруживали только один раз — в 1958 году на Неревском раскопе, где из земли вышла кость животного с частью рунического алфавита, датированная первой половиной XI века[⁴]. Между 1958 и 2022 годами — больше шестидесяти лет. И ни одной новой рунической находки из новгородского грунта.

Что собой представляет предмет

Ребро крупного рогатого скота. Не табличка для письма, не амулет, не декоративный предмет. Просто кость, которая оказалась под рукой. Надпись нанесена глубокими резами на вогнутую сторону — ту, где поверхность глаже и удобнее для работы.

Сам выбор носителя здесь говорит не меньше, чем надпись. Перед нами не подготовленный объект, а подручный материал — обрезок кости из мастерской или жилого помещения торгового двора. Человек, который взял его и начал резать руны, явно не создавал монументальную надпись. Он упражнялся, повторял, может быть, просто проводил время — как мы иногда машинально выводим буквы на полях тетради, когда заняты чем-то другим.

Надпись

На ребре вырезаны две группы (этта) скандинавского футарка — рунического алфавита. Не отдельный знак и не произвольный набор рун, а именно последовательность, организованная по традиционному алфавитному порядку.

Е.А. Мельникова, которой все пять предметов были переданы для анализа и дешифровки, зафиксировала две палеографические особенности этой надписи: искажённую ветвь руны u и использование редкой графемы руны þ. Те же самые особенности обнаружились на другом предмете из того же слоя — деревянной заготовке неопределённого назначения, на которой тоже вырезан футарк[⁵].

Совпадение не случайное. Два разных предмета, два разных материала — кость и дерево. Но одни и те же характерные ошибки. Вывод исследователей однозначен: обе надписи, скорее всего, выполнены одним человеком. Человеком, который не слишком хорошо владел руническим письмом[⁵].

И вот это, пожалуй, самое ценное в данной находке. Мы видим не мастера, а ученика. Или человека, который знал алфавит приблизительно — воспроизводил по памяти, с ошибками, пробовал на разных поверхностях. Перед нами живой след обучения или припоминания. Не готовый текст — процесс.

Исторический контекст

Немецкий двор — самая восточная фактория Ганзейского союза. По описи конца XVI века его размеры: примерно 60 на 31 метр. На этом пятачке в XIII–XV веках одновременно теснились от нескольких десятков до полутора сотен человек[⁶]. Купцы приезжали большими группами и жили по полгода: «зимние гости» добирались осенью на санях, «летние» — весной по воде, через Балтику, Неву, Ладожское озеро и Волхов.

Но в 1160–1170-е годы, к которым относится наша находка, двор только основывался. И обитали здесь, судя по руническому материалу, не одни немецкие купцы. Две находки из пяти прямо указывают на готландское происхождение авторов. Одна содержит имя Хейльватр — с первой основой hæil-, которую в составе антропонимов использовали только на Готланде. Другая — костяной фрагмент с руной ýr, которая во второй половине XII века сохранялась исключительно в готландском варианте письма, тогда как в западноскандинавском ареале её давно сменила руна r[⁷].

Трёхсторонний торговый договор 1191 года называет участников отношений прямым текстом: Новгород, «Готский берег» (Готланд) и «всѣ немьцкыи сыны». П.Г. Гайдуков отмечает: участие готландцев в основании Немецкого двора представляется закономерным — торговые связи к тому моменту имели давнюю историю[⁸].

Вот в такой среде и появилось это ребро. В пространстве, где сталкивались языки, торговые обычаи, формы письма. Кто-то здесь знал рунический алфавит — пусть не в совершенстве. И повторял его на подручных материалах. Не для нас, не для музея. Для себя.

Учебная или магическая функция?

Этот вопрос неизбежно всплывает при каждой находке футарка на бытовом предмете. Е.А. Мельникова формулирует две версии[⁵]:

Первая — учебная. Футарк резали для упражнения в письме. Характерные ошибки, повтор на двух разных носителях — всё это вписывается в картину обучения.

Вторая — магическая. Рунический алфавит как упорядоченная последовательность знаков мог нести магическую функцию. Практика эта древняя, она восходит к первым векам нашей эры: старшерунические алфавиты обнаруживают целиком или частично на золотых брактеатах эпохи Великого переселения народов. В средневековой Скандинавии традиция устойчивого воспроизведения алфавитного ряда сохранялась.

Материал сам по себе не позволяет сделать окончательный выбор. Ошибки в начертании скорее говорят в пользу учебной версии — трудно представить магический ритуал, в котором знаки сознательно искажаются. Но это наблюдение, а не доказательство. Обе версии остаются открытыми, и я считаю правильным не навязывать одну из них. Превращать археологию в гадание — не наш метод.

Значение для корпуса

В большинстве случаев рунические находки на территории современной России — это отдельные знаки, метки, имена. Они фиксируют присутствие рун как элемента. Ребро с футарком фиксирует кое-что другое: знание алфавитного порядка. Не единичный знак — систему.

И эта находка не одинока. Рядом — деревянный предмет с аналогичной записью футарка, выполненной, скорее всего, той же рукой. Два предмета с воспроизведением алфавитного ряда из одного слоя — это уже не случайный эпизод. Это среда, в которой руническая письменность существовала как конкретный навык. Пусть ограниченный узким кругом людей — но навык, а не курьёз.

А если вспомнить находку 1958 года — часть рунического алфавита на кости из Неревского раскопа (XI век), — Новгород оказывается городом, где практика воспроизведения футарка прослеживается на протяжении нескольких столетий. Не непрерывно, разумеется. Но сам факт повторения в разных слоях одного города — серьёзный аргумент в пользу того, что руническая грамотность здесь была не разовым явлением, а устойчивой частью жизни скандинавской общины.

Осторожности

Несколько вещей, которые надо оговорить.

Мы не знаем полного объёма надписи. Перед нами часть футарка, а не полный алфавит. Утрачен ли остальной ряд или его и не было — на это предмет не отвечает.

Утверждение о единственном авторе двух надписей — научная гипотеза, основанная на палеографическом сходстве. Убедительная, но не абсолютная. Два разных человека с похожей школой могли бы допустить сходные ошибки.

Немецкий двор 1160–1170-х — это самое начало фактории. Слой ещё изучается, и дальнейшие раскопки могут скорректировать нынешние выводы.

Я работаю с тем, что есть. А есть — немало. Но раздувать находку до символического события не стану. Она значима в своём конкретном, археологическом смысле — и этого достаточно.

Что стоит за этим ребром

Я стараюсь представить себе этот момент не в формате музейной подписи, а по-человечески. XII век, Торговая сторона, тесный двор за деревянным частоколом. Чужой город, чужой язык за стенами. Кто-то — молодой готландец, скандинав, приплывший сюда с торговым караваном, — сидит в помещении, берёт обрезок кости и начинает вырезать знаки.

Он не мастер. Руну u чертит криво, руну þ рисует в непривычном варианте — может, так учили дома, а может, просто путает. Потом берёт деревяшку и пробует ещё раз. Те же ошибки, та же рука. Может, упражнение. Может, привычка — как наше машинальное рисование на полях. А может, и кое-что более осмысленное: повторение алфавита как способ не забыть, удержать связь с собственной традицией в чужом месте.

Мы этого не узнаем. Но кость осталась. Больше восьмисот лет она пролежала в новгородской земле, а потом вышла на свет — и позволяет нам увидеть не абстрактную «руническую традицию», а конкретного человека с его конкретными ошибками. В этом, по-моему, главная сила археологии: не величие, а точность. Не символ, а след.

Примечания

[¹] О локализации Немецкого двора: Гайдуков П.Г. и др. Археологические исследования в квартале 38 Великого Новгорода в 2021–2022 гг. // Новгород и Новгородская земля: История и археология. Великий Новгород, 2023. Вып. 36; Пресс-релиз ИА РАН, ноябрь 2022 г.

[²] О функции Немецкого двора и составе его обитателей: пресс-релиз ИА РАН, 8 ноября 2022 г.; Рыбина Е.А. Торговля средневекового Новгорода. Великий Новгород: НовГУ, 2001.

[³] О дендродатировках: по данным ИА РАН, на раскопе взято более 150 спилов деревьев для определения порубочных дат.

[⁴] О рунической находке 1958 года: Мельникова Е.А. Скандинавские рунические надписи: Новые находки и интерпретации. М.: Восточная литература, 2001. С. 183 и далее; пресс-релиз ИА РАН, август 2023 г.

[⁵] О палеографии ребра с футарком и деревянного предмета, о версиях назначения: Гайдуков П.Г., Мельникова Е.А. Скандинавские рунические надписи из раскопок Немецкого двора в Великом Новгороде в 2022 г. (предварительное сообщение) // Graphosphaera. 2023. Т. 3. № 1. С. 142–163.

[⁶] О размерах двора и плотности заселения: пресс-релиз ИА РАН, ноябрь 2022 г. (со ссылкой на опись конца XVI в.).

[⁷] Об имени Хейльватр и руне ýr как готландских маркерах: Гайдуков, Мельникова, 2023 (см. [⁵]).

[⁸] Цит. по: пресс-релиз ИА РАН «Личные имена и футарк: прочитаны рунические надписи из Великого Новгорода», август 2023 г.

Источники

Основная научная публикация

Гайдуков П.Г., Мельникова Е.А. Скандинавские рунические надписи из раскопок Немецкого двора в Великом Новгороде в 2022 г. (предварительное сообщение) // Graphosphaera: Письмо и письменные практики. 2023. Т. 3. № 1. С. 142–163. URL: http://writing.igh.ru/index.php?id=2023-3-1-142-163

Рунология и эпиграфика Восточной Европы

Мельникова Е.А. Скандинавские рунические надписи: Новые находки и интерпретации. Тексты, перевод, комментарий. М.: Восточная литература, 2001.

Археологические отчёты

Гайдуков П.Г. и др. Археологические исследования в квартале 38 Великого Новгорода в 2020–2022 гг. // Новгород и Новгородская земля: История и археология. Великий Новгород, 2022–2023. Вып. 35–36.

Историко-контекстуальные источники

Рыбина Е.А. Торговля средневекового Новгорода. Великий Новгород: НовГУ, 2001.

Справочные издания

Düwel K. Runenkunde. 4. Aufl. Stuttgart: Metzler, 2008.

Пресс-релизы

Институт археологии РАН. О работах на Немецком дворе в Великом Новгороде. 8 ноября 2022 г. URL: https://archaeolog.ru/en/press/articles/o-rabotakh-na-nemetskom-dvore-v-velikom-novgorode

Институт археологии РАН. Личные имена и футарк: прочитаны рунические надписи из Великого Новгорода. Август 2023 г. URL: https://archaeolog.ru/press/news/lichnye-imena-i-futark-prochitany-runicheskie-nadpisi-iz-velikogo-novgoroda

Энтелехия Севера — таков закон
Серия «Археология рун в России» — проект Ордена OCCCLAV

Хара Адай
Telegram: @haraadai | occclav.com | info@occclav.com

Футарк, Скандинавские руны, Готланд, Эпиграфика, OCCCLAV

Смежные исследования